Даже если бы сейчас была очередь не Аргентины принимать саммит большой двадцатки, ее туда надо было перенести.
Даже если бы сейчас была очередь не Аргентины принимать саммит "большой двадцатки", ее туда надо было перенести. Когда-то столицу этого государства Буэнос-Айрес называли "Парижем Южного полушария", а всю Аргентину — "седьмым доминионом Британской империи" и вообще "филиалом Европы". Следы былого благополучия проглядывают до сих пор. Но страна так и не пришла в себя после дефолта начала века. Обнищавшие жители провинций бросились тогда в столицу и смешались с гастарбайтерами из соседних Боливии и Парагвая.
Спасение от последствий либеральной политики виделось в левом крене. При супругах-президентах Киршнер были созданы рабочие места. Но и такая валютная система, что экономика встала. Новый — правый — президент, Макри, принимающий нынешний саммит, хотел восстановить отношения с США и ЕС.
Но до Аргентины ли нынешним Америке и Европе? Сейчас в стране, которую когда-то называли "королевой Южной Америки", инфляция в 25% и новая зависимость от МВФ. Надежда на Китай. Она есть. Но на "двадцатке" для КНР главное — продолжение торговой войны с США. А еще участие в "тройке" с Россией и Индией. Так кто куда кого ведет в мировой экономике?
Поблагодарив мировых лидеров за внеплановый выходной (пятница стала субботой из-за "большой двадцатки"), жители аргентинской столицы придаются любимому хобби. Танго прославило Аргентину, а его "король" Карлос Гардель — ее столицу.
Гардель с каждым годом "поет" все лучше, считают его поклонники и неизменно следят за тем, чтобы на его могиле всегда были живые цветы. На кладбище La Chacarita — крупнейшем в мире — с каждым годом все больше благодарственных табличек у памятника певцу, ведь школа танго в Аргентине — это как школа жизни.
"Акцент на человеке" — так звучит одна из тем дискуссии на G20. Почему бы не на таком, как бездомный Дамьян Перальдо, который чудом удержался в правительственном квартале Буэнос-Айреса, окруженном тройным кольцом полиции, — с женой, дочкой и сковородкой жареной картошки в двух шагах от президентского дворца Casa Rosada.
Высокая инфляция и растущая безработица — Аргентине непросто выйти из экономического кризиса в одиночку.
Место, где все могут говорить на равных, потому что лишь сообща можно выбраться из неприятностей, — такой предстала "большая двадцатка" в кризисном 2008-м, когда к ее встречам впервые присоединились лидеры стран.
У Владимира Путина в Буэнос-Айресе — напряженный график двухсторонних встреч. Председателя КНР Си Путин приглашает на предстоящий Санкт-Петербургский форум.
Лидеры России и Китая пообщались за общим столом и с индийским премьером. Владимиру Путину важно было поговорить с партнерами на одном языке. Переводчики, правда, не сразу сориентировались.
Идея нового трехстороннего формата выросла из регулярного общения глав МИД. Теперь так же регулярно станут встречаться и первые лица.
"Назрела такая необходимость нам троим более активно встречаться и взаимодействовать. Мы должны играть особую роль на глобальной сцене, а также искать пути продвижения развития в наших странах", — заявил премьер-министр Индии Нарендра Моди.
Но что будет с архитектурой самой Европой?
"Нам есть что обсудить и над чем совместно поработать. И я рад этой возможности. Мы хотели бы обсудить вопросы кибербезопасности, а также общей архитектуры безопасности и обороны в Европе", — отметил глава Франции Эммануэль Макрон.
Не нужно уметь читать по губам, чтобы понять, о чем Дональд Трамп на открытии первого заседания G20 беседовал с Терезой Мэй. Конечно, о Brexit. Но пока Мэй в Аргентине — первый премьер консерватор, прибывший сюда со времен конфликта между двумя странами.
На площади Fuerza Aеrea Argentina легче всего ощутить смысл происходящего. По одну сторону — напоминающая Big Ben башня Torre Monumental, которую до войны за Фолклендские острова называли "башней англичан", по другую — мемориал погибшим аргентинским военным, на котором острова названы Мальвинскими.
"Для нас это — часть Аргентины. Но мы тоже понимаем, что британцы живут на этих островах. Это достаточно деликатная тема, и поэтому мы считаем, что эти вопросы должны обсуждать чиновники", — сказал гид Шанет Сэда.
Дипломатия через силу — стиль, который пытается исповедовать президент США на международной арене. С кем-то получается. Пригрозил Канаде с Мексикой драконовскими пошлинами — все втроем в первый же день саммита подписали новое торговое соглашение взамен NAFTA.
В российско-американские отношениях до компромисса далеко, но и диалога пока не получается. Трамп под давлением оппонентов встречу с Путным отменил.
"Чем дольше эти вопросы не обсуждаются, тем к большей напряженности это приводит", — подчеркнул пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков.
Что дальше? Пытаемся спросить у госсекретаря США. Майк Помпео отмалчивается. В коротком интервью отвечает сам Трамп. "Я думаю, что у нас очень хорошие отношения. Думаю, что у нас будут очень хорошие отношения с Россией, Китаем и всеми остальными. Поэтому я встречусь с ним в подходящее время", — сказал он.
Достается даже союзникам Вашингтона. Например, Германии. Ангела Меркель, хоть и на перекладных, все-таки добралась до Буэнос-Айреса и даже обменялась парой слов с Владимиром Путиным во время фотографирования на лестнице театра Colоn. Под сводами аргентинской оперы в тот вечер, конечно, звучало и танго. Хозяин саммита тем временем не сдерживал слез — много приятных эмоций.
В мировой политике кипят оперные страсти. Одни сами назначают себя на роль солистов, другие не прочь изобразить хор. Обращение к партитуре, то есть к системе существующих соглашений (на этом продолжает настаивать Россия), не то чтобы режиссерская находка — способ не скатится в совсем уж откровенную фальшь.
