Я не домостроевец, но мои взгляды на семью вполне традиционны. Мужчина – основной добытчик, женщина – отвечает за очаг и погоду в доме. Соответственно, я вовсе не осуждаю нормальное женское желание оказаться за широкой спиной и крепкими плечами мачо-мэна, который и дом построит, и лес посадит, и детишек, умных и красивых, настрогает, не отвлекаясь от регулярного забоя мамонтов.
Я не домостроевец, но мои взгляды на семью вполне традиционны. Мужчина – основной добытчик, женщина – отвечает за очаг и погоду в доме. Соответственно, я вовсе не осуждаю нормальное женское желание оказаться за широкой спиной и крепкими плечами мачо-мэна, который и дом построит, и лес посадит, и детишек, умных и красивых, настрогает, не отвлекаясь от регулярного забоя "мамонтов".
Но, к сожалению, многие барышни по сей день не вникли в глубокий смысл народной мудрости, которую сколько уже лет втолковывают с телеэкранов героини фильма "Москва слезам не верит": "Чтобы генеральшей стать, надо выйти замуж за лейтенанта, да помотаться с ним по гарнизонам, по тайге всякой, по пустыне". Нет, никто, конечно же,
не даст гарантии, что ваш избранник однажды пройдет весь положенный путь
гладко, прямиком до штанов с лампасами. Как нет гарантии и того, что по мере
увеличения количества звездочек на погонах он не окажется capra vulgaris – козлом обыкновенным.
Но неразумным любительницам перепрыгивать через ступеньки всякий раз кажется,
что уж именно она-то сможет заарканить настоящего благородного оленя. А сам
олень будет счастлив от одного ее присутствия в его жизни. Ну и, конечно же,
они будут долго жить в любви и согласии и добра наживать…
Нет, не будет этого,
девушки дорогие. Фильм "Красотка" нравится всем, и всякий раз хочется
надеяться, что вот-вот – и все закончится хорошо, как у Ричарда Гира и Джулии
Робертс. Но нет, друзья мои, конец будет другим, и вам он очень не понравится.
Готов держать пари. Вам повезет, если ваш "принц на белом мерседесе" окажется
достаточно приличным человеком и откинет вам небольшую часть своих богатств
после того, как решит, что стариться с вами на одной жилплощади он не намерен.
Увы! В наших реалиях большие деньги нередко маркируют низкие моральные качества
их обладателя. Как юрист, я многократно убеждался в том, что если человек ведет
свой бизнес "в серой зоне", а для налоговых органов он "гол как сокол", то и в
личных отношениях он почти со 100% вероятностью оборачивается законченным
мерзавцем.
Итак, это все присказка
была, а вот теперь – начинается самая настоящая… Нет, не сказка, а суровая
быль.
История
о том, как безработный экономист ездит на собеседования в Монако, а его бывшая
супруга теряется в догадках: куда же делись вещи и подарки, которыми
благоверный ее так щедро снабжал? Эта
история выбивается из моей коллекции "разводных баек" феерическим лицемерием ее
фигуранта.
Я привык видеть в суде мелочных и жадных людей, я в курсе, что
некоторые из них – законченные жлобы. Но когда в своем нежелании делиться
нажитым с родными детьми человек пускается на откровенную подставу и не
брезгует явным подлогом – это, ребята, финиш. Я не злой человек, и я верю в Бога.
Однако внутренний голос подсказывает мне, что затейник Паша однажды плохо
кончит.
Паше было лет 30 с
небольшим, когда он познакомился с Викой, студенткой творческого вуза, которая
готовилась к карьере телеведущей. Капиталы, заработанные, по большей части, на
незаконных финансовых операциях, позволяли ему "ухаживать красиво", и юная
Виктория не устояла.
Когда она ответила согласием на предложение руки и сердца,
жених подарил ей Mercedes
СL 63
стоимостью около 200 тысяч долларов. Наверное, в этом подарке Вика увидела
проявление громадной любви. Увы, но в кругах, где вращался Павел, швыряться
деньгами, чтобы продемонстрировать свою значимость, – норма. Более того, когда
человек получает денег несоразмерно больше затраченных сил, знаний, умений, –
это развращает и создает иллюзию, что ты можешь купить весь мир: лучших женщин,
лучшие автомобили, недвижимость и так далее.
Дело шло к свадьбе, Вика
уже была беременна, причем двойней, когда произошел серьезный скандал. Паша был
в подпитии, слово за слово – и он поднял на беременную невесту руку. Вика вполне
закономерно собрала вещи и уехала к родителям. Она не безродная сирота, у ее
родителей есть в Одинцовском районе пусть не олигархический дворец, но вполне
достойный дом.
Однако Паша, протрезвев и отойдя от похмелья, купил какие-то
сумасшедшие бриллианты и поехал мириться. Вика ошибочно посчитала это знаком искреннего
раскаяния, и через месяц свадьба состоялась, как было ранее запланировано.
Это мероприятие
заслуживает отдельного рассказа. За три дня до нее Паша начал беспробудно пить.
Опохмелившись с утра "главного дня в своей жизни", он продолжил усугублять во
время ритуального "круга почета" по московским достопримечательностям, так что
к вечеру уже был, что называется, вдрабадан.
В ресторане сначала все шло по заранее
намеченному сценарию, но в какой-то момент Паша окончательно сломался и начал,
мягко говоря, хулиганить. Сначала он избил артистов, которых пригласили
развлекать гостей. Потом приложил свою новоиспеченную тещу.
Молодая жена
вместе с мамой покинули ресторан, и свадьба окончательно превратилась в
позорный цирк. К микрофону по очереди выходили Пашины родственники и
рассказывали, какой он негодяй. Периодически появлялся сам Паша, что-то орал и исчезал
снова. Тем не менее, заключенный
брак – не портфель, который не подошел по оттенку к туфлям, и 14 дней, чтобы
"вернуть все, как было", нет.
Через несколько дней Паша
позвонил мне. Рассказал о том, как испортил собственную свадьбу, и спросил, что
можно сделать в такой ситуации. А что тут посоветуешь? Есть куча людей, которые
были свидетелями безобразного начала вашей совместной жизни, ответил я. Нужно
всех их обзвонить, убедить собраться снова и все переиграть. Привезти Вику,
публично извиниться за безобразие и торжественно пообещать, что ничего подобного
больше не повторится.
Паше мой совет
чрезвычайно понравился. Но поступил он гораздо проще: купил очередной
бриллиантовый комплект, и… Вика к нему вернулась. Родилась двойня – мальчик и
девочка. Жила семья интересно. Периодически Паша жену с детьми выгонял из дома,
потом приезжал за ней, каялся, дарил дорогой подарок и привозил домой.
В конце концов, у Вики
чувство самосохранения все-таки взяло верх над меркантильностью. После
очередного изгнания она приняла твердое решение к Паше не возвращаться и подала
на развод. И чтоб два раза не вставать – сразу на алименты.
Был суд, на который
Паша принес справки о том, что в данный момент он безработный. Но при этом
детей потребовал оставить при нем. Аргументировал тем, что мать ведет неразборчивый
образ жизни, из фейсбуков-инстаграммов накопировал фотографий, где Вика
отдыхает в ресторанах и ночных клубах. Показал, так сказать, ее
морально-этический облик, не совместимый, по его мнению, с выполнением
материнских обязанностей.
В ответ Вика предъявила суду аналогичные
фотоматериалы с участием Паши. Однако в суде сказали, что поскольку дети
находятся с Викой, а не с Павлом, значит, Павел вполне может куда-то по
пятницам ходить, ничего плохого в этом нет. А вот вы, гражданочка, очевидно
бросаете своих детей на няню и собственных родителей вместо того, чтобы
заниматься их воспитанием. С грехом пополам детей удалось оставить Вике.
Надо сказать, находясь в
браке, Паша приобрел большое количество объектов недвижимости в Москве и за
рубежом. Однако брачный контракт не помог Вике подтвердить свое право на эти
объекты, потому что еще в течение брака они были отчуждены в пользу родителей
Паши. А перед этим он задним числом заключил договор займа с собственным отцом
и просто "закрылся" с ним по долгам правами на недвижимость, которая была
приобретена в браке. А так как в семье не только доходы, но и долги – общие,
история вышла такая, как вышла.
Ну а с вопросом об
алиментах все оказалось крайне поучительно. Семейный кодекс четко указывает,
что алименты должны быть взысканы в той сумме, которая позволила бы обеспечить
детям уровень жизни, аналогичный тому, который у них был при совместном
проживании супругов. Отдельно акцентирую: не "чтобы на еду хватало" и "не на
самое необходимое". Аналогичный. Такой же. Не хуже. Суду не важно, работаешь ты
в настоящий момент или не работаешь. Но если ты обеспечивал детям определенный
достаток, находясь в браке с их матерью, закон заставляет тебя делать это и
после развода.
Мы посчитали расходы от
рождения детей: стоимость родов в клинике Лапино, поездку в Турцию на
арендованном самолете, аренду виллы на территории одного из самых дорогих
отелей, абонементы на развивающие занятия для детей, медицинские страховки и все
прочее. И получалось, что, в принципе, Паша нес подтвержденные расходы не
меньше чем на 100 тысяч рублей в месяц на каждого ребенка, даже если не брать в
расчет частные самолеты и прочее сорение деньгами, с которыми выходило уже около
300 тысяч в месяц на ребенка. Но суд, вопреки логике и здравому смыслу, не
принял во внимание императивные нормы Семейного кодекса.
Поскольку адвокат Паши на редкость беспринципная особа даже по меркам адвокатского сообщества,
настаивала на том, что Паша – безработный и взять с него нечего, мы зашли с
другого бока. Паша часто бывает за границей, следовательно, у него есть
средства, которыми он обязан поделиться с супругой. Однако адвокатесса Павла
представила его суду, как "экономиста с большой буквы, которого жаждут
заполучить ведущие мировые компании", регулярно приглашающие его на
собеседования во Францию, Арабские Эмираты и другие страны с хорошим климатом.
Конечно же, за счет потенциальных работодателей.
Процесс по алиментам
длился в течение полутора лет после развода, причем Паша в суд не ходил,
препоручив дело адвокатам, мол, как решат, так пусть все и будет. Желания
увидеться с детьми он все это время также не изъявлял. И вдруг – позвонил Вике
и сказал: "Я хочу пообщаться с детьми, можно?"
Вика напомнила, что на
протяжении всех судов повторяла, что Паша – отец, и может общаться с детьми в
любое время, без каких бы то ни было судебных решений, так как никаких препятствий
она чинить не собиралась. "Отец-герой" приехал,
привез подарки, они "всей семьей" погуляли в парке. Через неделю опять приехал
– и снова с подарками! Вике в какой-то момент даже показалось, что под
предлогом желания увидеть детей Паша стремится к перезагрузке их отношений,
но...
Через несколько дней
после второго Пашиного приезда на судебном заседании, в ходе которого должны были
принять окончательное решение по алиментам, адвокат Паши задает Вике вопрос:
приезжал ли Паша к детям? Вика, разумеется, отвечает, что да, два раза
приезжал. И да, привозил подарки, которые нужны детям. "Раз противная сторона
подтверждает, что Паша приезжает и помогает, мы хотели бы предъявить суду
доказательства объема Пашиной помощи детям", – сказала адвокат и вывалила перед
судьей на стол громадное количество чеков, товарных накладных и документов,
подтверждающих приобретение детского питания и вещей в течение последнего –
внимание! – года.
Кому он их покупал и откуда
брал эти чеки? Никто не знает. Но так вот запросто Пашина адвокатесса "поймала"
Вику и Викиного представителя убедить суд в том, что Паша, будучи безработным,
оказывается, все свои ранние сбережения тратит на Вику и детей.
Что в сухом остатке? Паше
присудили алименты в размере 15 тысяч рублей на двоих детей. Вике пришлось
забыть о карьере телеведущей, она обучилась более прозаичной специальности. Не
бедствует, работает косметологом, потихонечку зарабатывает на свою семью и по
сей день не знает, куда же подевались "щедрые подарки", которые Паша дарил в
течение последних лет их общим детям. А Паша радуется жизни, катаясь по самым
дорогим и престижным курортам мира "в поисках работы".
Вот так некрасиво
закончился брак, с самого начала оказавшийся с большой червоточиной. Но до
глубины души меня поражает тот факт, что задолго до того, как истинная сущность красавчика Паши перестала быть загадкой для людей, с которыми он
приятельствовал, умница Вика не видела, с кем связались. Неужели можно не
слышать столь явных "звоночков", да что там – набатов, которые призывают: "Беги,
милая! Спасай себя! Не меняй свою юность, свои планы, свою намечающуюся карьеру
на блеск дурацких камней!"
Но с начала веков и по
сей день наивные барышни продолжают принимать щедрые подношения за искренние
чувства. И на чужом опыте, увы, не учатся.
